За годы «постперестройки» в современный разговорный русский язык вошло множество новых слов и выражений, в частности выражения «как бы» и «типа того». Последние словосочетания используются в основном как слова-связки. Однако справедливости ради отметим, что появились эти слова не на пустом месте. В современной жизни ко многим понятиям они подходят как нельзя лучше: «как бы государство», «как бы конституция», «как бы выборы», «как бы президент», «как бы парламент», «как бы партия» и т.д. и т.п. Достойное место в этом ряду имеет право занять и нынешний «глобальный экономический кризис».

«Как бы» и «типа того» можно отнести к модальным частицам. В учебнике «Современный русский язык» под редакцией Д.Э. Розенталя об употреблении некоторых модальных частиц говорится следующее: «К модальным частицам относятся также частицы, употребляемые преимущественно для передачи и оценки чужой речи: де, дескать, мол, будто, якобы, будто бы, как будто. …Наиболее распространенное значение описываемых частиц — выражение сомнения в истинности чужих высказываний, несогласие с их содержанием… Модальная частица будто (варианты ее — будто бы, как будто) вносит значение недостаточной уверенности в точности чужих высказываний, чужая речь передается как бы «понаслышке», говорящий снимает с себя ответственность за подлинность сообщения с чужих слов».

К выражениям «как бы» и «типа того» ближе всего по смыслу подходит частица «будто бы». Однако в отличие от нее слова «как бы» и «типа того» несут и дополнительный смысловой оттенок: они не только выражают сомнение в истинности чужих высказываний, но и показывают внешнее подобие истинного и сомнительного высказываний. Вот почему «квазимодальные» частицы «как бы» и «типа того» удобны для характеристики нынешнего «глобального мирового кризиса».

В отличие от прошлых «классических» кризисов, масштабы нынешнего «кризиса» определяются не после его завершения, а в самом его начале. Комментарии политиков и СМИ способствуют не смягчению «кризиса», а его усилению. Высказывания комментаторов противоречат не только друг другу, но и хорошо известным фактам. «Глобальный кризис» почему-то сопровождается существенным ростом китайской экономики. СМИ не приводят обобщающих показателей состояния экономики отдельных стран и всей мировой экономики, а разрозненные данные о месячных спадах производства в некоторых странах дают в некоем «годовом исчислении» и т.д. и т.п.

«Кризис» на экранах телевизоров, начиная с августа 2008 г., стремительно разгорается. Сначала речь шла только о «финансовом кризисе». Затем, ссылаясь на уменьшение ВВП США на 0,5% за III квартал 2008 г., дикторы с тревогой сообщили, что «финансовый кризис перерастает в экономический». И, наконец, радостное известие: «такого кризиса мир не испытывал со времен Великой депрессии!». А для усиления впечатления — сообщение о еще одном «достижении»: «по продолжительности нынешний кризис уступает только Великой депрессии». Подобные комментарии передавали не только российские телеканалы, но и «Евроньюс». Конечно, все это — чушь, но вынуждает вспомнить историю.

По свидетельству МСЭ (т.6, 1937 г.), мировой экономический кризис 1929 — 1932 гг. (Великая депрессия), начавшись в 1929 г. в США, быстро распространился на все сферы экономики во всех капиталистических странах и колониях. В 1932г, в год наибольшей глубины кризиса, индекс мирового промышленного производства составлял 62% (1928 — 100%).В США к 1932 г. производство средств производства (1928 — 100%) упало до 48,2%, в Германии — до 50,2%, во Франции — до 80%, в Англии — до 85,3%.

Развитие кризиса вызвало массовые банкротства, обесценивание валют, неплатежи по кредитам и внешним долгам, прекращение экспорта капитала. Мировая торговля упала до 1/3 докризисного уровня. Сокращение внешней торговли продолжалось в 1933 и 1934 годах. Безработица охватила от 1/4 до 1/3 кадрового состава промышленных рабочих.

Выход из кризиса в разных странах проходил неодинаковыми темпами. Если США к 1936 г. еще не достигли докризисного уровня, то Англия, Италия, Германия и ряд других стран достигли и частично превзошли этот уровень. Но в целом капиталистический мир к 1936 г. не достиг докризисного уровня. Мировое производство составляло лишь 86% по отношению к 1928 г.

Оценивая нынешнюю ситуацию, некоторые комментаторы (например, бывший глава Центробанка В. Геращенко) горько сетуют, что нет сейчас с нами деятеля, подобного Ф. Рузвельту, якобы, благодаря исключительной мудрости которого США сумели в свое время справиться с кризисом. В этой связи позволю себе процитировать собственную статью «Франклин Рузвельт — суперзвезда?» («Д». N2, 1999 г.).

«Что касается самого Рузвельта, то его экономические успехи при трезвом рассмотрении оказываются не очень впечатляющими. Четырехкратное же избрание президентом объясняется, прежде всего, очень благоприятным стечением внешних обстоятельств и сроков выборов.

Экономика США начала выходить из кризиса за 6 месяцев до вступления Рузвельта в президентскую должность. Период депрессии продолжался практически весь первый президентский срок Рузвельта. Докризисный уровень производства был достигнут только к декабрю 1936 г. Естественно, американские избиратели связали преодоление кризиса с именем Рузвельта.

Однако подъем производства продолжался всего 4 месяца. Уже в апреле 1937 г. разразился новый экономический кризис, который продолжался 14 месяцев. За это время производство в США сократилось на 33%. Из кризиса США вышли только к октябрю 1939 г. И опять подъем экономики пришелся на конец президентского срока.

Своему четвертому избранию Рузвельт обязан мировой войне, т.к. США — единственная крупная страна, получающая экономические выгоды от практически любого военного конфликта».

К слову, ранее в экономической науке период выхода из кризиса назывался «депрессией». По старой терминологии нынешний «бурный рост экономики в РФ» — всего лишь затянувшаяся депрессия, т.к. уровень 1989 г. еще не достигнут. Но это — так, к слову. Терминология — во многом дело вкуса: одним нравится «депрессия», другим — «бурный рост», суть от этого не меняется.

Ничего подобного кризису 1929-1932 гг. ни до, ни после него капиталистический мир не испытывал (если, конечно, не принимать во внимание «реформы» в бывших советских республиках и странах СЭВ, но это — особый случай). Тем не менее, кризисы меньшей глубины случались часто. Настолько часто, что у подавляющего большинства людей не отложились в памяти. Исключением является мировой кризис 1973 — 1975 гг., запомнившийся резким повышением цен на нефть.

Для освежения памяти возьмем одну из книг, посвященных этой теме: С.М. Меньшиков «Современный капитализм: от кризиса к кризису», 1981 г. Оказывается, в период с 1948 по 1980гг. капиталистический мир испытал три глобальных кризиса, затронувших большинство капстран. Разница между докризисным максимумом и кризисным минимумом объемов промышленного производства в целом по развитым капстранам составила: в 1957-58 гг. — 2,5%; в 1973-75 — 6,7%; в 1979-80 — 0,6%. Кроме того, в отдельных странах падение производства происходило и в другие годы. Так, например, за период с 1948 по1980 г. в США спад производства отмечался 6 раз, в Англии — 4 раза (и еще 3 раза — нулевой рост производства).

Самым сильным в послевоенное время был кризис 1973-75 гг. В США кризис продолжался около полутора лет. С IV кв. 1973 по I кв. 1975 г. национальный продукт упал на 8,2%, а промышленная продукция с ноября 1973 по апрель 1975 г. — на 13,8%. Предкризисный пик капитальных вложений был достигнут еще в I кв. 1973 г., а их падение продолжалось до II кв. 1975 г., т.е. более двух лет. Валовые инвестиции в основной капитал сократились на 23,6%, а чистые инвестиции, т.е. за вычетом возмещения и выбытия, — в 3,2 раза.

Ощутимым оказался кризис и в других капстранах. Например, в Японии падение промышленного производства с декабря 1973 по февраль 1975 г. составило 21,4%.

Особенностью кризиса 1973-1975 гг. явилось резкое повышение цен на энергоносители (осенью 1973 г. цена на нефть выросла вчетверо). Следует заметить, что современные экономические отношения во многом сложились благодаря этому кризису. Целые отрасли промышленности обязаны своим развитием кризису. Например, до 1973 г. строительство атомных электростанций (АЭС) считалось не очень рентабельным, т.к. большие капитальные затраты на их сооружение не компенсировались низкими эксплуатационными издержками. А после повышения цен на энергоносители резко возросли эксплуатационные расходы на тепловых электростанциях и АЭС смогли уже с ними конкурировать. В результате во всем мире началось массовое строительство АЭС.

Казалось бы, сам бог велел экономистам сравнивать нынешние неурядицы с кризисом 1973-1975 гг., но они почему-то вспоминают далекие 1929-1932 годы. В любом случае абсурдно сравнивать интенсивность и продолжительность едва начавшегося предполагаемого кризиса с уже свершившимися прошлыми экономическими кризисами. Впрочем, такие сравнения были бы правомочными, если бы комментаторы кризиса каждый раз оговаривались, что речь идет о прогнозах, а не реальных событиях. Например, сказали бы: «по прогнозам таких-то экономистов нынешний кризис окажется самым продолжительным и глубоким со времен Великой депрессии: он продлится не менее 30 месяцев, а спад мирового производства к весне 2011 составит не менее 7%». Но об этом комментаторы не говорят. «Как бы экономисты» «как бы анализируют» «как бы кризис». В общем, «типа того».

Возникает естественный вопрос, в чем же причина этой вакханалии абсурда? (Конечно, к дикторам телевидения нет никаких претензий — они просто озвучивают тексты, написанные в русле общей мировой кампании.) Вполне вероятно, что за шумной информационной кампанией кроются действительно серьезные события, возможно, даже более серьезные, чем нам пытаются внушить. Но, увы, сказать что-либо определенное об этом мы не можем ввиду недостатка надежной информации. В общем, «ясно, что ничего не ясно».

Возьмем сообщения на телеканале «Евроньюс» как источнике откровенно ложной информации. Дикторы «Евроньюс» в течение двух суток каждые полчаса сообщали, что «нынешний кризис по глубине и продолжительности уступает только Великой депрессии». Трудно предположить, что на серьезном телеканале столь явная ошибка продержалась двое суток совершенно случайно. Да и целям кампании нагнетания страха, проводимой СМИ, эта глупость вряд ли могла сильно помочь. Скорее, наоборот — у части телезрителей она должна была вызвать недоверие и к любой другой информации, касающейся кризиса. Создается впечатление, что именно эту цель преследовали авторы. Но кому и для чего это понадобилось — загадка. Возможно, разгадав ее, мы получим ключ к пониманию того, что в действительности происходит в мире в последнее время.