Последние внешнеполитические успехи России в борьбе с глобальным доминированием США не принесут ей пользы в будущем — скорее даже, наоборот, сыграют на руку Вашингтону. Где-то улыбчивый и добродушный Барак Обама нас перехитрил

Недавнее турне Дмитрия Медведева по Соединeнным Штатам уже успели назвать судьбоносным, знаменующим новый этап в истории российско-американских отношений. Сам президент РФ оценил его итоги в еще более торжественных и величественных красках. Медведев уверен: решения, принятые в ходе визита, можно расценивать не иначе как симптомы краха однополярного мира.

Бараку Обаме удалось убедить своего российского коллегу, что любимое детище американской дипломатии — концепция «перезагрузки» — оправдывает возложенные на нее надежды. Ни о какой мистификации и тем более пиаре, уверяет он, здесь и речи не идет: результаты взаимодействия Москвы и Вашингтона в формате «перезагрузки» видны невооруженным взглядом.

И в этом смысле доводы Обамы почти невозможно оспорить. Впервые за последние десять лет Белый дом, кажется, действительно сделал ряд шагов, способствующих нормализации наших отношений с Америкой. То, чего Кремль настойчиво добивался все последние годы, наконец стало внешнеполитической реальностью.

Прежде всего, США заморозили проект развертывания системы противоракетной обороны в Восточной Европе. Америка не только отказалась от стратегически важного военного плацдарма, позволяющего осуществлять контроль практически над всей территорией Евразии, но и лишила своих восточноевропейских партнеров разменной монеты в диалоге с Россией.

В рамках форума «Большой двадцатки» Барак Обама намекнул о готовности пересмотреть действующую систему международных отношений. Надеясь привлечь к решению глобальных экономических проблем как можно больше стран, американский президент пообещал умерить внешнеполитический пыл США. Вашингтон перестает быть столицей «мирового правительства». Роль всепланетарного координационного центра берут на себя структуры «двадцатки».

И последнее: США поддержали Россию в ее стремлении противодействовать реформам ООН. Прежде всего, Совета Безопасности — закрытого элитарного клуба, члены которого претендуют на статус сверхдержав. Вашингтон подтвердил право Москвы на ношение этого титула (пусть не сейчас, а в будущем), в очередной раз признав ее генетическим наследником великого и могучего СССР.

Казалось бы, мы получили все, о чем так долго мечтали: избавились от военной угрозы близ государственных границ, активизировали процесс перестройки мировой финансовой и политической архитектуры, укрепили прежде завоеванные позиции. Однако все эти большие и маленькие победы не принесли чувства удовлетворения. Даже оптимистично настроенные ура-патриоты услышали в пропагандистских речах официальных СМИ, возвещавших о триумфе российской дипломатии, нотки фальши и сомнения.

Эксперты всех мастей и рангов едины во мнении: где-то Барак Обама нас обманул, а мы, поддавшись силе его харизмы, выдали желаемое за действительное. И пусть внешнеполитические успехи Москвы осязаемы и реальны, они не принесут пользу России — скорее даже, наоборот, сыграют на руку США.

Поймались на крючок

Все последние ошибки нашего МИДа (пока мы предпочитаем называть их победами) обусловлены его неправильным пониманием сути «перезагрузки». Говоря о желании изменить формат отношений Москвы и Вашингтона, Обама ни капли не лукавит. Он действительно этого хочет. Другое дело, что российская сторона неадекватно воспринимает смысл высказываний американского президента, интерпретируя их так, как ей это удобно и выгодно. Хозяин Белого дома сказал о «перезагрузке» — мы поняли эти слова как обещание США навсегда отказаться от политики глобального доминирования и разделить с РФ бразды правления мировым сообществом.

Ясно, что ничего подобного у Обамы и в мыслях нет. В его понимании «перезагрузка» — процесс перестройки системы отношений с партнерами и конкурентами в соответствии с текущими интересами Вашингтона. Осознавая, что привычная внешнеполитическая тактика администрации США — бескомпромиссный диктат воли — безнадежно устарела, президент избрал более гибкий и либеральный дипломатический курс. Риторика американского Госдепа стала значительно мягче, действия руководства более взвешенны, международная активность страны менее навязчива.

При этом Белый дом не отказался от своих приоритетных целей, сформулированных еще при Рейгане. Как и прежде, политика США основана на финансово-экономической экспансии и стремлении быть участником всех международных процессов — будь то межэтнический конфликт в Европе или на Ближнем Востоке, смена власти в странах постсоветского пространства, очередная революция в Африке, реприватизация и передел собственности в Латинской Америке и тому подобное. Интересы Вашингтона — всеобъемлющи.

Последние десять лет мировое сообщество всеми силами пыталось противостоять давлению Соединенных Штатов. Однако с приходом к власти «чернокожего спасителя» ситуация кардинальным образом изменилась. На фоне несгибаемых Буша, Чейни и Райс интеллигентные Обама, Байден и Клинтон выглядят просто душками. Смотреть на них как на врагов очень сложно. Разве такие милые и улыбчивые люди могут помышлять о мировом господстве?

Еще как могут. Плох тот президент США, который не мечтает водрузить американский флаг на вершину международного политического олимпа. Обама в этом смысле не исключение. Только действует он гораздо хитрее своих предшественников: не требует, а уговаривает, не отбирает, а обменивает, не врет, а недоговаривает. В общем, всеми силами имитирует равноправие договаривающихся сторон.

На этот крючок, собственно, и попалась Россия. Привыкшие постоянно давать отпор твердолобому Бушу наши дипломаты явно растерялись, увидев «рубаху-парня» Обаму. Он быстро оглушил их уважительным отношением и решительной готовностью всерьез отнестись ко всем требованиям. Ничего другого российским властям было и не нужно — слишком уж давно им хотелось поговорить с американской администрацией на равных. Содержание беседы — вопрос второстепенный. Главное — на равных.

Остальное было делом техники. Раздавленный харизмой Обамы Кремль перестал сопротивляться его воле. Хозяину Белого дома не составило труда протащить через российско-американские переговоры выгодные одним только США решения, попутно убедив Москву, что она сама этого хотела.

Многоходовая хитрость

Ярчайшее тому свидетельство — отказ США от системы противоракетной обороны в Восточной Европе. Возможно, когда-нибудь эту историю будут изучать в дипломатических школах всего мира в качестве примера многоходовой хитрости, сделавшей победителем, казалось бы, проигравшую сторону.

Нет смысла подробно описывать ситуацию с ПРО и результаты ее «свертывания» — по этой теме уже опубликовано множество статей. Остановимся лишь на некоторых знаковых моментах, подтверждающих дальновидную расчетливость Вашингтона и близорукость Москвы.

Условия задачи: на протяжении нескольких лет Америка настаивала на установке системы противоракетной обороны в Восточной Европе с явной целью — дать отпор быстроразвивающимся ядерным программам стран Ближнего (Иран) и Дальнего (Северная Корея) Востока; и скрытой целью — значительно снизить оборонную эффективность Вооруженных сил РФ. В свою очередь, мы всячески пыталась этим планам противодействовать, обвиняя США в развязывании холодной войны.

В итоге: Белый дом, якобы прислушавшись к мнению Кремля, встал на путь «разрядки» и «заморозил» проект ПРО, не желая в условиях финансового кризиса и нестабильности в Афганистане лишний раз нервировать стратегически важного партнера. Внешне Россия выглядит победителем, США — проигравшим.

На деле все обстоит несколько иначе. Вашингтон не отказался от противоракетной обороны, а лишь пересмотрел подходы к выбору ее базирования. Системы ПРО будут установлены на американских авианосцах, мобильность которых позволит им при необходимости оказаться близ российских границ. Кроме того, Америка сделает ставку на внедрение инновационных военных разработок, аналогов которым у нас нет. Таким образом, США получат значительный перевес в российско-американской гонке вооружений, которая возобновилась в последние годы. Плюс ко всему они сохранят доступ к авиакоридорам РФ для транзита грузов в Афганистан.

В сущности, это Москва пошла на уступки Вашингтону, а не наоборот. Но и этого Кремлю показалось мало. Будучи заложницей многолетней антиамериканской истерии, давно ставшей идеологическим стержнем внешней и внутренней политики страны, Россия захлебнулась в потоке радости, вызванной отменой ПРО. Нашему руководству захотелось преподнести Обаме еще пару-тройку подарков.

Никто и не понял, что Белый дом ради них и заваривал эту кашу.

Подарочный набор

Сразу же по прибытии в США Дмитрий Медведев объявил о готовности поддержать санкции против Ирана. «Санкции редко приводят к продуктивным результатам, но в некоторых случаях они неизбежны», — заявил президент после нью-йоркских переговоров в рамках заседания Генеральной Ассамблеи ООН. Еще более четко высказался Барак Обама, отметивший, что у Москвы и Вашингтона общая цель — не допустить, чтобы Тегеран получил ядерное оружие.

Вот так в одночасье один из главных партнеров России на Ближнем Востоке был отдан на откуп Пентагону, давно ищущему повод для вмешательства в иранские дела. Однозначная ошибка российского МИД. И вопрос здесь не только во внешнеполитическом престиже — великие державы так просто «своих» не сдают. Иран — это рынок сбыта нашей военной продукции, полигон для экспериментов по внедрению новейших ядерных технологий, противовес проамериканскому Израилю и подконтрольным США Ираку и Афганистану. Это мощное оружие российской дипломатии в борьбе с однополярной международной системой. Теперь его у нас больше нет.

Уже в конце октября Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) с санкции ООН проведет проверку иранских заводов по обогащению урана. Не стоит сомневаться, что МАГАТЭ обнаружит нарушения, а у Запада появятся основания требовать введения против Тегерана более жестких санкций.

Еще одна значительная уступка, на которую пошла Россия, — это обещание к декабрю покончить с формальностями в продлении договора по СНВ. Взаимное сокращение наступательных ядерных вооружений — дело, конечно, хорошее. Не надо быть специалистом, чтобы понять: 1000 единиц оружия массового поражения лучше, чем 1500. Меньше боеголовок — больше безопасности для России и всего мира.

Другое дело, что наступательный потенциал страны неотделим от потенциала оборонного. У Вашингтона будут модифицированные ПРО, у Москвы для обеспечения безопасности своих границ пока нет ничего. И если раньше мы могли напугать Пентагон богатством и разнообразием своего ядерного арсенала, то после подписания соглашения по СНВ этот военно-политический козырь будет потерян.

Благие намерения активизировать процесс разоружения могут обернуться для нас серьезными международными проблемами — у США не останется причин считаться с мнением России.

Друзья-недруги

А Россия очень хочет, чтобы с ее мнением считались. И вроде как на саммите «Большой двадцатки», состоявшемся в Питтсбурге, она этого добилась. Решения, принятые в ходе переговоров, некоторые эксперты считают революционными. Россия давно выступала за создание системы согласованных действий в экономической политике ведущих стран мира. Наконец в этом направлении были достигнуты реальные результаты.

Члены «двадцатки» разделили между собой обязательства по поддержанию стабильности финансовой системы и ее постепенному реформированию. «Международное правительство», на которое мы делали ставку в качестве основы будущей политической многополярности, приступило к работе.

США обещали активизировать борьбу с бюджетным дефицитом (читай, озаботились спасением доллара, на котором завязана вся глобальная экономика), Китай взялся за развитие внутреннего рынка (миллиардный потребитель нужен всем), а Европа обязалась наполнить мировую промышленность дополнительными инвестициями.

Возникает вопрос: а где здесь Россия? Какова роль нашей страны в этой новой многополярной системе? Собственно, нигде и никакой. Инициировав переустройство мировой финансовой и политической архитектуры, в конечном итоге РФ оказались за бортом реформ. Посткризисный пирог будут делить явно без нас.

Дмитрий Медведев может возразить: российский МИД добился пересмотра квот в Международном валютном фонде и Всемирном банке в пользу динамично развивающихся стран, в список которых включили и РФ. Это, конечно, большая победа — «прибавка» пяти и трех квотных процентов. Но она меркнет на фоне экономического доминирования ЕС и США.

Напомним, что суммарная квота Евросоюза (около 33 процентов) и США (17 процентов) позволяет этим странам фактически диктовать решения остальным членам МВФ. Например, между Соединeнными Штатами и ЕС существует негласная договоренность о том, что пост главы Всемирного банка всегда занимает американец, а МВФ — европеец. Неужели наши власти всерьез думают, что, забрав у Брюсселя и Вашингтона несколько квотных «очков», они смогут переломить эту ситуацию и добиться повышения роли России в управлении глобальной финансовой системой? Глупо на это надеяться.

Уступка США на самом деле больше похожа на подачку странам БРИК — прежде всего Бразилии и Индии. По тем или иным параметрам эти государства уже давно вправе рассчитывать на полноправное членство в «мировом правительстве». Рано или поздно они обязательно станут его участниками. В этой связи неудивительно, что все последние годы Россия добивалась дружбы с ними: Москве нужны мощные партнеры в новообразованных международных структурах.

Барак Обама не стал противодействовать складывающемуся трехстороннему союзу (вместе с Китаем — четырехстороннему). Он поступил гораздо хитрее, затормозив интеграцию скромным откупом в виде вышеупомянутых квот.

Более того, американскому президенту удалось убедить российского коллегу, что сейчас еще не время включать Бразилию и Индию в число «мировых управляющих». Уверив Москву, что крупные международные институты подобны закрытому элитарному клубу, Вашингтон исключил возможность расширения Совета Безопасности ООН.

В Кремле, как всегда, верх взяла не прагматика, а имперские амбиции. И вот уже Дмитрий Медведев в Нью-Йорке заявляет о неприятии РФ идеи радикального реформирования Организации Объединенных Наций и создания каких-либо других международных структур, ее подменяющих. С подачи американской администрации в Бразилии и Индии наши власти увидели не потенциальных друзей и союзников, способных в будущем на равных противостоять США, а возможных конкурентов в борьбе за статус сверхдержавы.

Теперь, судя по всему, этот титул не достанется ни им, ни нам. Одной Москве с Вашингтоном не справиться. А казавшиеся нерушимыми структуры БРИК постепенно разваливаются.

Браво, Обама! Браво!