В ходе интервью «Новой газете» на замечание собеседника о выборах — «Имитация циничнее отмены» президент Д.А. Медведев отвечал: «Я не знаю пока, кого и как снимали, но в любом случае в Сочи идет полноценная политическая схватка… Но в целом считаю: для демократии такие яркие кампании — это хорошо».

Между тем в данном случае знание конкретных деталей снятия весьма важно, поскольку ищущая мысль политтехнологов реализовала механизм гарантированной отмены любых выборов вообще. Суд Центрального р-на г. Сочи признал незаконной регистрацию капиталиста А.Е. Лебедева в качестве кандидата, поскольку на его избирательном счете некоторое время находились отравленные деньги. Лебедевская команда достаточно быстро определила подвох и отправила назад отравленные пожертвования (три перевода по 500 руб. каждый, пришедших от несовершеннолетних мальчиков, по закону не имеющих права финансировать политику), но было уже поздно. Суд решил, что достаточно самого факта нахождения денег на счете — хотя бы и кратковременного, хотя бы и без воли на то получателя. В принципе возможно было проделать то же самое и с кандидатом Б.Е. Немцовым, получившим на счет с Брайтона от предпринимателя Глюкштейна целых $5000, но там, судя по всему, окончательного политического решения не было. Лебедеву же, по которому решение было принято, хватило и 1500 руб. от мальчиков.

В ходе споров между хозяйствующими субъектами имели место попытки сходным образом отстранять арбитражных судей от процесса. Механизм аналогичный: судья, ведущий дело, заносился в реестр держателей акций оспариваемого актива — анонимного дарения акций, даже и без ведома одариваемого, закон не возбраняет, после чего следовал иск об отводе судьи как лица заинтересованного. Разница в том, что арбитраж отбивался от таких исков всеми правдами и неправдами. Присутствовало понимание того, что при создании прецедента такая практика распространится со скоростью степного пожара и арбитраж можно будет вообще закрывать — отравленные акции можно подарить какому угодно судье, и судить будет некому.

В случае же с сочинским судом прецедент был создан. Возбраненные законом переводы от иностранцев (заграница большая, занимает 6/7 земной суши) или от мальчиков (которых тоже много) могут поступить на счет не только к Б.Е. Немцову или А.Е. Лебедеву. Они могут поступить на счет к любой партии и любому кандидату — будь он хоть трижды национальным лидером, — и некоторое, пусть небольшое время, покуда отравленные червонцы не будут отосланы обратно, они на счете будут находиться. Чего в рамках сочинского прецедента достаточно для снятия. Как показало решение по Лебедеву, согласия кандидата принять отравленные червонцы не требуется.

При такой дешевизне — 1500 руб. не деньги — взаимное уничтожение всех участников выборов гарантировано, ибо процедура предполагает обязательное открытие счета, а мальчики всегда найдутся. После этого выборы можно не имитировать, а проще их отменять, поскольку состязаться все равно будет некому.

Указание на то, что у нас не прецедентное право, не помогает. Да, у нас оно не прецедентное, зато у нас есть понятие «правоприменительная практика», реально означающая примерно то же. De facto, доколе не вынесено разъясняющего определения Верховного суда, суды судят по прецеденту — недаром арбитраж так упирался в случае с акциями.

Прием «По форме все правильно, а по существу издевательство» очень привлекает премудроковарных людей, в своем скорее коварстве, нежели мудрости, не склонных замечать того, что надежный прием обладает универсальным действием и может уничтожить кого угодно.