Хотя на первый взгляд это может показаться немыслимым, но, тем не менее, такая возможность заложена в реалистическую концепцию внешней политики, которую проводит администрация Обамы. Может ли в будущем приобрести видимые очертания стратегическое партнерство между Россией и США?

Такое партнерство, если ему суждено воплотиться в жизнь, будет основываться на взаимных интересах и станет следствием изоляции, к которой приведут разногласия с сюзниками, подозрения последних к некоторым из принимаемых решений и нежелание поддерживать инициативы государств-лидеров. Такого мнения придерживается российский эксперт Федор Лукьянов, который почти пришел к выводу о том, что русские и американцы обречены на взаимопонимание.

В историческом плане российско-американский союз всегда был вызван острой необходимостью перед лицом сильных противников: Британской Империи в XIX веке и против государств сателлитов гитлеровской Германии (стран Оси) в XX. Однако в ходе ‘холодной войны’ США вступит в союз с Западной Европой перед лицом советской угрозы, забыв при этом о политическом завещании Джорджа Вашингтона (George Washington), предостерегавшего от каких-либо постоянных союзов с иностранными государствами, в особенности с Европой, раздираемой войнами. Разногласия между США и их европейскими союзниками усугублялись в течение шести десятилетий, но особенно обострились во время иракской войны. Хотя с приходом к власти Обамы произошло некоторое чисто внешнее улучшение, тем не менее, принципиальные разногласия остаются. Сейчас далеко не проще, чем при правлении Буша, наладить отношения со Старым Светом одними лишь ссылками на общие ценности. США продолжают отдавать предпочтение геополитическим аспектам, в соответствии с которыми они выстраивают свой внешнеполитический курс. Они остаютя модернистской державой, в то время как европейцы придерживаются постмодернистской концепции во внешней политике, основывающейся на модели государства благоденствия, которое автоматически принесет политическую и социальную стабильность. Нам говорят, что все изменится, если Европа обретет собственный голос во внешней политике и в вопросах безопасности, но для этого нет реальной политической воли. Отсюда опасность того, что Европа воспринимается как зона свободной торговли, несмотря на ее крепкие институты государственной власти. Такой ее видит Россия, тоже являющаяся модернистской державой, и в этом ее сходство с США. Неудивительно, что Москва отдает предпочтение двусторонним отношениям с отдельными европейскими странами, поскольку не воспринимает ‘Европу как державу’ ни с какой стороны.

С другой стороны, проблемы для США создаст Азия. Идея ‘большой двойки’, витавшая в воздухе со времени прихода к власти Обамы, отвергается даже Киссинджром, архитектором установления отношений между Вашингтоном и маоистским Китаем. Партнерство такого типа лишь подогреет националистический дух других стран. К тому же, одно дело периодически обсуждать экономические и финансовые вопросы, и совсем другое — заключить взаимный договор о безопасности, поскольку Китай не сторонник такого рода соглашений с другими странами. Помимо всего прочего, укрепление отношений с китайцами привело к всплеску недоверия со стороны азиатских союзников США. Тайвань, Южная Корея, Япония и Индия поняли, причем некоторые даже задолго до прихода к власти Обамы, что нельзя разыгрывать только американскую карту в нашем постоянно меняющемся мире. А что уж говорить тогда об Израиле или Турции на Ближнем Востоке? По тем или иным причинам они перестанут быть всецело преданными созниками Вашингтона. А недоверие союзников в Восточной и Центральной Европе, несмотря на объяснения самого Обамы, что противоракетная оборона не лучший вариант защиты от иранской ядерной угрозы?

И среди партнеров России, таких как Иран или Венесуэла, мы вряд ли найдем заслуживающих доверия союзников. Они остаются торговыми партнерами, дающими определенные стратегические выгоды на мировой арене. А что можноо сказать о российско-китайском альянсе? Посмотрите на экономические и демографические показатели России. И получится, что это самый что ни на есть брак по расчету. Вот поэтому Лукьянов и утверждает, что одиночество России дополняется одиночеством Америки. Если этот прогноз сбудется, то исключительно за счет реалистичного подхода к событиям и фактам, а не благодаря гениальному предвидению.